“Кино” без героя

25 лет назад в Минске группа “Кино” дала четыре аншлаговых концерта на стадионе “Динамо”.

Выступление российской группы “Виктор” в Минске анонсировалось слабо. Концерт переносился и в топовых культурных событиях не значился. До последнего казалось, что имеешь дело с какой-то изощренной продюсерской авантюрой. Для чего нужно перепевать песни Виктора Цоя? Кто в очередной раз решил поживиться на былой славе кумира конца 1980-х? Разве можно спеть лучше или, по крайней мере, так же, как Виктор Цой? В общем, в голове перед концертом — рой мыслей и чувство обиды в качестве движущей силы.

На продюсера группы “Виктор”, бывшего директора группы “Кино” Юрия Белишкина, я накинулся еще на саундчеке. Ведь даже нового солиста Асхата Калбаева подобрали как две капли воды похожего на Цоя. Выступал бы он в каком-нибудь шоу пародий “Точь-в-точь”, Любовь Казарновская наверняка воскликнула бы: “Верю!” Нет уж. Всему есть предел.

— Юрий, почему группа называется “Виктор”, а не “Асхат”? Эксплуатируете былую славу группы “Кино”? — поинтересовался я у Белишкина.

— Группа “Виктор” работает под музыкальным лейблом Moroz Records. Этой компании сегодня принадлежат все авторские права на творчество Цоя. В какой-то момент там решили: ситуация назрела — пусть существует одна официальная группа, которой будет позволено петь песни “Кино”. Так что мы вроде как подшефные этой компании. Она взяла нас под крыло, и у нас на этот счет есть официальная бумага. И мы — единственные. Компания Moroz Records, думаю, выбрала лучший коллектив, работавший в этом ключе. Ведь подражателей и последователей бессчетное количество. Мы прошли, образно говоря, кастинг, допуск, что ли. Как угодно назовите.
О коллективе знают все. Все дали добро на его существование. Со скрипом, не со скрипом — по-разному. Но дали. С группой я сходился-расходился, однако последние четыре года снова с ней работаю. Иногда нас называют группой памяти Виктора Цоя. Против этого мы тоже ничего не имеем. У Асхата есть и свои песни, их достаточно много, они звучат на концертах.

— И как часто коллектив выступает?

— Как приглашают. В месяц бывает три — пять концертов, иногда — два. Россия, Украина, Латвия. Там, где есть организаторы, которые помнят и любят Цоя. Я подсчитал: у нас в Санкт-Петербурге сегодня, наверное, около двух тысяч групп. А тех, которые ездят на гастроли, — 30—40. Остальные, видимо, ведут “гаражный” образ жизни.

— Насколько для вас было важным сохранить фирменный саунд “Кино”? Он приближен к тому звучанию?

— А вы еще не слышали? Послушайте. Мы уже выпустили альбом “Звезда по имени Солнце”. Получилось просто один в один. Как-то были в прямом эфире на телевидении в Орле, и позвонил возмущенный зритель: мол, хватит ставить песни Цоя, дайте послушать вашего “Виктора”. А он-то как раз и звучал в эфире. Зритель не смог отличить. Что зритель — профессионалы ошибаются. Меломаны, “киноманы”. Поверьте, я музыкой занимаюсь всю жизнь, и если уж связался на старости лет с кем-то, значит, эти ребята чего-то стоят.

— Есть ли сегодня “киноманские” города?

— Самый “киноманский” город — Минск. За ним следуют Алматы, Киев, Санкт-Петербург.
Москва — в меньшей степени. Минск на первом месте потому, что здесь в свое время прошли самые мощные концерты “Кино”. Я бы сказал, самые главные концерты в истории группы. Хотя о них иногда и забывают несведущие люди, считая, что самый мощный концерт был в “Лужниках”. Нет — самый мощный концерт состоялся в Минске в 1989 году в мае: четыре аншлаговых выступления на стадионе “Динамо” с общим количеством зрителей 72 тысячи. И было это ровно 25 лет назад. Потом я один приезжал в кинотеатр “Октябрь” с выступлением, затем через год вместе с Марьяной Цой — с презентацией пластинки “Неизвестные песни Виктора Цоя”. Так что Минск в этом плане впереди. Здесь же была и стена эта огромная, известная. Стена Цоя в центре города. Мне подарили альбом, связанный с этой стеной, большой такой.

— Юрий, на ваш взгляд, есть сегодня момент стагнации рока, в частности, знаменитого питерского?

— Я вообще как-то поостыл к року. Потому что после Цоя очень сложно что-либо воспринимать. Много чего было. С Юрием Шевчуком работал семь лет. Но мне кажется, рок-н-ролл сегодня все-таки мертв. Новых имен нет. На фестивалях один и тот же список из 12—14 групп, который просто тасуют, как карточную колоду: “Аквариум”, “Алиса”, “ДДТ”, “Машина времени”, “СПЛИН”, “Пикник”...

— Новое поколение “киноманов” удалось привлечь на концерты?

— Да, приходят девочки 14-летние. Это же Цой, великий Цой. Он как магнит.

— То есть Цой жив?

— Еще как! Живее нас.

Мы распрощались с Юрием Белишкиным — концерт должен был вот-вот начаться. Сразу скажу: аншлага не было. Да и публика, собравшаяся в тот вечер, тоже поначалу реагировала кисло. На лицах читалось: что за ерунду нам пытаются втюхать? Но началось выступление, пополз дым и зал вдруг провалился в знакомые мелодии и строки. Меломаны, как по зову волшебной дудочки, стали перебираться ближе к сцене. Энергия, плотное звучание гитар и барабанов, ритм — все оказалось безупречным. Будто бы вернулся на 25 лет назад. И все — хорошо. Только отчего так щемит сердце?..

Дом стоит, свет горит,
Из окна видна даль.
Так откуда взялась
Печаль?

Валентин ПЕПЕЛЯЕВ

ng.by - Народная газета    28.05.2014

/

     Наверх